ИНТЕРВЬЮ

Анастасия Рахманина, 'Газета по-киевски', www.pk.kiev.ua, 20.08.2008

Режиссер-документалист Сергей Лозница вырос и первое образование – прикладная математика – получил в Киеве. В 1991-м поступил во ВГИК и, закончив его с отличием, 10 лет проработал в России, после чего перебрался в Германию. Сегодня творчество Лозницы признано всей Европой – в его «арсенале» около 40 наград всевозможных кинофестивалей, включая «Нику», Берлинский, престижные «документалистские» в Оберхаузене и Лейпциге. Фильмы Лозницы в Киеве можно увидеть в рамках фестивалей документального кино, или на телеканале «Культура». Фильм «Блокада» выпущен на DVD. Два своих, последних на сегодня, фильма кинорежиссер Сергей Лозница собрал из кадров советской кинохроники – как паззлы. Но картины, созданные с помощью такого «детского» творческого метода – совсем не детские: они мрачные и пугающе правдивые… Страх и правду от Лозницы оценили в Европе, надавав ему множество призов престижнейших кинофестивалей. А вот в родном для него Киеве работы Сергея увидели лишь недавно. После его «Представления» старики благодарили, молодые ужасались, а одна девушка расплакалась: «Я не могла общаться с бабушкой и дедушкой – они только и делают, что ругают современную страну… И только после фильма я поняла, ПОЧЕМУ они такие. И простила».
О чем его фильм?
«Представление» начинается с кадров документальной хроники, показывающей тяжелый, изнурительный труд и быт Страны Советов. Дальше – плакат «Слава КПСС!», затем – закадровые комментарии в духе «Пятилетку – за 3 года» или «Догнать и перегнать». В «трудовые будни» врезаются концерты, «рабоче-крестьянские» интервью… Вот – счастливые лица молодежи, отправляющейся на БАМ. И сразу – товарищеские суды над теми, кто не выдержал «стройки века». В конце – отрывок оперы Мурадели «Октябрь», где Ленин на броневике под звуки мощного хора движется на зрителей. Пауза. Маленького мальчика принимают в школу – после стандартных вопросов звучит: «А трудиться ты любишь?». Еще не научившийся врать малыш красноречиво молчит, потупив глаза…
– Сергей, как вы сделали такой фильм?
– После «Блокады» (фильм, созданный Лозницей из кинохроник блокадного Ленинграда. – Авт.) мне хотелось еще поработать с хроникой, но найти другую форму представления этого материала: не столько описательную, сколько затягивающую зрителя, делающую его «соучастником». В «Представлении» постепенно усиливается пропагандистская манера: зритель из отстраненного наблюдателя превращается в объект воздействия пропаганды. Таким образом, то, как мы воспринимаем увиденное, становится одной из главных тем картины. Цель – показать, как действовала и действует пропаганда, ее механизмы. Чтобы каждый это понял и почувствовал на себе. А еще я хотел показать различные проявления советского информационного пространства и способа мышления.
– Пропаганда тогдашняя и сегодняшняя сильно отличаются по методам воздействия?
– Сегодня работают визуальные технологии, а потому даже ребенок должен постоянно помнить: то, что ему показывают – не реальность. Пропасть между жизнью «из телевизора» и жизнью, как она есть – такая же, как между Анной Керн и стихотворением «Я помню чудное мгновенье…».
– То есть запечатлеть реальность объективно просто нельзя?
– Получается так. Снимая происходящее с одной точки, вы не видите лица стоящего к вам спиной человека, поэтому уже не можете быть объективным – вдруг он, к примеру, смеется? Плюс – надо учитывать специфику человеческого восприятия. Представьте: изображение заключено в рамочку, у которой есть границы. Природа человека такова, что его взгляд автоматически движется из левого нижнего угла в правый верхний, где и фокусируется. Самое важное и помещается в правый верхний: посмотрите на любой предвыборный плакат. А вот, к примеру, если я на том же плакате изображу двух малюсеньких человечков или приближу их так, что будут видны даже поры на лице – персонажи не изменятся, но подача покажет мое отношение к ним… Так мы, вроде бы, ничего не «наврали», но у нас получается материал, который несет лишь отпечаток реальности, а в большей мере – отпечаток моего восприятия. Это – необъективно.
– Выходит, даже документальное кино нельзя назвать по-настоящему документальным?
– Нет, лучше назвать его «неигровым».
– Кстати, а игровым кино вы заняться не планируете?
– Да, собираюсь. И между прочим, в Украине. Но кинопроцесса здесь нет: 2 фильма в год – это не дело. Почему не поддерживается документальное кино? Это ведь не такой уж большой бюджет: 20 картин в год позволить можно.
– И как вы это представляете?
– Одна из самых мощных кинематографий – во Франции, где есть серьезная государственная поддержка кино, в том числе картин на французском языке, делающихся Литвой, Россией. Пусть Украина не финансирует другие страны, но можно же хотя бы себя! Поставить цель: создавать, условно говоря, образ страны – художественный, не телевизионный. И для этого каждый год делать 20 фильмов. Тысяч за 50 евро можно снять картину: поехать в Карпаты, Крым, хоть на границу с Россией – всюду безумно интересно! Мне непонятно, почему это не делается: $50 тыс. умножить на 20 – $1 млн для государства не так уж и много, зато будет кинематография. Конечно, часть бюджета уйдет в никуда, но через 5 лет вы будете иметь некое количество опытных, набивших руку режиссеров.
– Видимо, ваши фильмы государством поддерживались…
– Некоторые российское министерство культуры финансировало полностью. Теперь «оплачивают» частично, поскольку я гражданин Украины. Так было с последней картиной «Представление», сделанной из архивов Санкт-Петербургской студии документальных фильмов: большую часть «оплатила» Германия, Финляндия и Голландия – с миру по нитке.
– А с Украины?
– Только продюсерское участие. Мы обратились в фонд Хуберта Балса при Роттердамском фестивале, который через Украину – ведь я гражданин страны – эти деньги предоставил.
– Выходит, режиссер не может себе позволить самостоятельно профинансировать съемки?
– Не вижу проблемы. Со всеми можно договориться!
– И во сколько обойдется это «удовольствие»?
– Зависит от того, что будешь делать. Фильм можно снять в одной комнате. Конечно, нужна камера, звук, оператор… Но обо всем и со всеми можно договориться. Главное – идея. Бюджет моей картины «Полустанок», снимавшейся в течение года – мы ездили 7-8 раз на маленькую станцию и снимали ночью спящих людей – составил $8 тыс. Это был 1999 год: половину бюджета «осилил» я, половину – канал «РТР». А первую картину с бюджетом в $5 тыс. вообще за свои деньги снимал. Но это пленка. Если у вас «цифра», затраты значительно сокращаются.
– Какой же элемент – свет, цвет, звук – самый важный?
– Идея. – А в процессе ее воплощения? – Страсть! Все остальное – чистая технология. Конечно, очень важно изображение, структура – то есть КАК воплощена мысль. Важен звук и целостность, потому как любое произведение искусства по определению обязано быть целостным. Снять кино – это как доказать теорему. И если доказательство совершенно – вы сказали нужное, но ни словом больше – вы достигли своего.
– Вы сделали фильм о блокаде Ленинграда, о советской пропаганде, и при этом говорите в одном интервью, что снимаете кино о «несущественных вещах». Что же тогда существенно?
– Ускорение свободного падения, скорость света: все остальное не имеет значения (смеется. – Авт.).
– Сергей, сейчас снимать может каждый: цифровые камеры всем доступны. Как думаете – это «убьет» кино?
– Приведу простую аналогию: возникновение литературы и доступность бумаги с ручкой. Наличие последних или печатного станка литературу «прихоронило», но не убило. Потому что существуют другие критерии: идея, мысль, талант. Именно они делают автора автором.